В такие минуты я вспоминаю Гёроглы. Но ведь враги унесли голову Гёроглы, чтобы туркмены никогда больше не объединились. Но Джигалибек?! Джигалибек-то жив! Во всем дестане ни слова о том, что он умер... А вдруг Джигалибек дожидается, когда у туркмен опять появится отважный джигит! Нужен сильный, нужен смелый, нужен мудрый джигит, чтобы возглавить попавших в рабство туркмен! Нужен еще один Гёроглы!

Я схожу с ума, грудь распирает от рвущихся наружу слов, они уже подступили к горлу:

У меня есть резвый конь,–
Воспитай, Джигалибек!
У меня душа–огонь,–
Уврачуй, Джигалибек!
В кандалах мои Чардаги,
Чандыбиль мой–край тоски.
Не воспрянет наше счастье,
Эх, горюй, Джигалибек!

Сами грозные, как горы,
Те джигиты где остались?
В смертный бой с судьбой вступивши,
Беки те в беде остались.
Пали многие за веру,
Многие в нужде остались,–
Всё своим именованьем
Именуй, Джигалибек!

Были знатным и богатым
Уготованы Сибири,
Львы-джигиты смерть попрали
В бесконечном бранном пире,
Горше слёз моих сиротских
Что быть может в этом мире?–
Всенародный стон на радость
Перекуй, Джигалибек!

У меня есть резвый конь,–
Джигитуй, Джигалибек!
У меня душа–огонь,–
Уврачуй, Джигалибек!
Нынче саблю Гёроглы
Мне даруй, Джигалибек!
На бессмертие меня
Коронуй, Джигалибек!

(45-47)